Заявление Председателя Банка России Эльвиры Набиуллиной по итогам заседания Совета директоров Банка России 24 июля 2026 года

Добрый день! Сегодня мы приняли решение снизить ключевую ставку до 14% годовых.

Наблюдаемое ускорение темпов роста цен мы рассматриваем как временное. Наши оценки устойчивых показателей инфляции по-прежнему находятся в диапазоне 4,0–5,0%. По оперативным данным, в июне ожидания предприятий по спросу снизились. Это может указывать на более сдержанный спрос в будущем, что ограничит возможности компаний по переносу возросших издержек в цены. Мы учли, что инфляционные ожидания населения значительно выросли в июле в ответ на события на топливном рынке, что может создавать вторичные эффекты для инфляции. В связи с этим и с учетом более стимулирующего бюджета смягчение денежно-кредитной политики должно быть более плавным. Это нашло отражение в повышении траектории ключевой ставки в этом и следующем годах.

Перейду к аргументам принятого решения.

Первое. Инфляция.

В июне рост цен ускорился. В основном это было связано с ситуацией на топливном рынке, а также с возобновлением роста цен на плодоовощи, которые нетипично сильно дешевели весной.

Оперативные данные указывают на то, что удорожание топлива начинает распространяться на цены по широкому кругу товаров и услуг. Это предсказуемо отразилось на инфляционных ожиданиях, которые в июле значительно выросли. Бензин является важным товаром-маркером, так как занимает значительную долю в регулярных покупках населения и в издержках компаний.

По мере стабилизации ситуации на топливном рынке инфляционные ожидания могут пойти вниз. Примерно так они отреагировали на повышение НДС: после краткосрочного всплеска ожидания достаточно быстро скорректировались. Мы не изменили свою оценку устойчивой инфляции и полагаем, что во второй половине года она останется вблизи текущих уровней.

Учитывая уже случившийся рост цен на топливо и связанное с ним повышение цен на другие товары, мы повысили оценку по инфляции на текущий год до 6,0–7,0%. После исчерпания временных факторов и под влиянием проводимой денежно-кредитной политики инфляция вернется к 4% в 2027 году и закрепится на цели в дальнейшем.

Второе. Экономика.

Как мы и ожидали, динамика ВВП в первом полугодии была положительной. После спада в I квартале, который был связан с календарными и погодными факторами, в II квартале экономическая активность умеренно возросла. Данные по промышленному производству за июнь подтверждают эти оценки.

Инвестиции компаний восстанавливались. Потребление домохозяйств даже несколько ускорилось, что отчасти было связано с разовыми факторами, в том числе с отложенным с начала года спросом, когда потребление было сдержанным.

Дальнейшее развитие ситуации в экономике зависит от ряда факторов. Первый – ситуация с предложением товаров. В нашем базовом сценарии мы исходим из того, что компании восстановят свои производственные мощности до конца текущего года. Второй фактор – это динамика спроса. Предприятия ожидают его замедления, что следует из оперативных данных.

Учитывая временное сокращение мощностей в экономике, мы снизили прогноз по росту ВВП. По нашей оценке, в этом году он вырастет в пределах 1,0%. Прогноз на следующие периоды оставлен без изменений.   

Постепенное снижение напряженности на рынке труда будет вносить вклад в замедление темпов роста цен. Наши территориальные учреждения отмечают, что обеспеченность предприятий сотрудниками улучшается, прежде всего там, где меньше ограничений на переток кадров.

Третье. Денежно-кредитные условия мы оцениваем как умеренно жесткие.

Ставки денежного рынка и доходности ОФЗ увеличились. Однако с учетом возросших инфляционных ожиданий жесткость денежно-кредитных условий в реальном выражении несколько уменьшилась.

Сберегательная активность населения немного снизилась, при этом меняется ее структура. Хотя вклады и продолжают расти, их доля понемногу сокращается, тогда как доля средств, направляемых в инструменты финансового рынка и недвижимость, постепенно растет.  

Кредитование компаний в июне замедлилось. В розничном сегменте происходит оживление, причем не только за счет ипотеки, но и за счет необеспеченных потребительских займов.

В целом динамика кредитования пока соответствует нашему прогнозу, а вот рост денежной массы скорее его превышает. Напомню, что у денежной массы есть два основных источника: кредит и бюджет. Фактические расходы бюджета складываются значительно выше, чем в прошлые годы. Поэтому в целом по году мы ожидаем более высокой динамики расходов и, соответственно, более высокого структурного дефицита, чем это заложено в текущих проектировках. Это означает, что при прочих равных денежно-кредитная политика должна обеспечить более сдержанный рост кредитования, чем складывался в II квартале. 

Что касается среднесрочного горизонта, то Правительство пока не объявило параметры бюджета. Но уже известно, что первичный структурный дефицит с высокой вероятностью сохранится до 2028 года включительно, а значит, мы не можем закладывать в свой макроэкономический прогноз нулевое сальдо. Пока параметры бюджета на трехлетку продолжают обсуждаться. Для нас эта предпосылка является одной из ключевых, поэтому мы заложили в прогноз собственную оценку ожидаемой траектории возвращения бюджета к сбалансированности. Обновленная траектория ключевой ставки учитывает эту оценку.   

Перейду к внешним условиям.

Инфляция в мире продолжает ускоряться, в том числе из-за событий на Ближнем Востоке. Это повлияло на то, что многие центральные банки зарубежных стран перешли к ужесточению своей денежно-кредитной политики.

Мировые цены на нефть остаются волатильными и сильно реагируют на геополитические события. Развитие ситуации показывает, что в случае урегулирования конфликта на Ближнем Востоке премия за геополитическую неопределенность может достаточно быстро выйти из нефтяных цен, и они вернутся к тем уровням, которые фундаментально обоснованы с точки зрения баланса на мировом рынке нефти.

Учитывая эти факторы, мы снизили прогноз цены на нефть на 5 долларов за баррель на всем прогнозном горизонте. Напомню, что цена на нефть лишь ограниченно влияет на параметры нашего прогноза, потому что бюджетное правило сглаживает ее колебания в части влияния на экономику.   

Баланс внешней торговли в II квартале складывался ниже, чем мы ожидали. Это объясняется чуть более низким экспортом и более высоким импортом, в том числе на фоне крепкого курса.

Перейду к рискам.

В целом на прогнозном горизонте, по нашей оценке, преобладают проинфляционные риски. По-прежнему к ним относится более медленное, чем мы ожидаем, снижение напряженности на рынке труда. Важным фактором неопределенности остаются параметры бюджета, о чем я уже сказала. Мы ждем их официального представления в сентябре и после этого уточним свой прогноз.

Значительная часть новых рисков связана со снижением производственных возможностей некоторых отраслей. Если ограничение предложения будет более длительным, чем предполагается в базовом сценарии, это может ускорить инфляцию, в том числе через реакцию инфляционных ожиданий и вторичные эффекты.

С другой стороны, ситуация с временным выбытием производственных мощностей может иметь и дезинфляционные эффекты. Если настроения бизнеса и потребительская уверенность существенно снизятся под влиянием этого фактора, то мы увидим значительно более сдержанную динамику совокупного спроса.

В завершение – о наших будущих решениях.

С учетом новых вводных по бюджету и вероятных вторичных эффектов от произошедшего роста цен требуется более высокая траектория ключевой ставки. Ее диапазон на текущий год повышен до 14,5–14,6%, на следующий – до 10,5–12,5%. В зависимости от того, как будет развиваться ситуация, возможны разные сценарии. Но в любом из них решения Банка России будут направлены на обеспечение возвращения инфляции к 4% на прогнозном горизонте.

Спасибо за внимание!